Башня

Сложно сказать, каким ветром предпринимателю Петрищеву принесло в голову эту идею – построить высоченный бизнес-центр. Наверное, когда денег становится через край, каждый начинает сходить с ума по-своему: кутить в Куршевеле, строить флотилию яхт или скупать иностранную недвижимость. Этот же решил увековечить себя бетонной свечой.

Петрищев принадлежал к числу тех нуворишей, которые разбогатели самостоятельно, не прибегая к ваучерным комбинациям середины девяностых. Когда-то его компания была тихой заводью, где менеджеры сидели на телефонах, продавали лес, текстиль, краски, в перерывах ходили в столовку вкушать котлеты и компот.

Все изменилось, когда Петрищев ввязался в игру на электронной бирже. У парня оказался талант ловить точку приложений инвестиций. В итоге заработал миллионы долларов, а пресса окрестила его отечественным Джорджем Соросом. Он не перебрался в Москву, нет. Так и сидел себе в замшелом Тудальске, лишь дородных менеджеров заменили элегантные худосочные сотрудницы, топ-менеджмент стал напоминать деятелей сетевого маркетинга и Свидетелей Иеговы одновременно.

А потом он увлёкся инвестициями в вольфрамовой отрасли. Чаще всего этот металл используется в лампах накаливания, где девяносто процентов энергии вольфрамовая нить переводит в бесполезное тепло. Но на лампочки идёт малая часть производимого вольфрама. Высочайшая тугоплавкость, исключительная прочность и устойчивость к коррозии — эти качества пригодились в оборонной промышленности для изготовления сердечников пуль, снарядов, ракет, брони.

В кризисное время Петрищев распорядился средствами максимально разумно: cкупил по дешевке всю вольфрамовую производственную цепочку, сконцентрировал все активы: рудник, горно-обогатительную фабрику и производство. Теперь он производил не только концентраты паравольфрамата аммония и карбида вольфрама, но и конечный продукт: вольфрамовый прокат и штамповочные спецстали. Его конкурентными преимуществами стали низкие издержки: зарплаты, электроэнергия и высочайшее содержание полезного элемента в рудах. Даже неспециалисту было понятно: за год он способен захватить мировой рынок, вывести отрасль на совершенно иной уровень. И вдруг этот фортель с небоскрёбом, ради которого он заложил акции вольфрамовых активов.

В затее с небоскрёбом смущали два момента: во-первых, невероятная высота для провинциального городка – триста метров, во-вторых, последний этаж башни Петрищев намеревался оформить в виде пикантной округлости, подозрительно напоминающей головку мужского полового члена.

Конечно, его отговаривали. Оно и понятно: кому понравится, если посередине малоэтажного Тудальска встанет этакий фаллический символ? И вообще, что хочет показать Петрищев горожанам?
Мэр так и сказал:
- Хрен ему, а не бизнес-центр. С городским водоснабжением вопрос толком не решен, а он тут пенисы бетонные собрался ставить… Не бывать этому, да.

Но Петрищев был тёртым малым. Для начала он заказал в известном столичном институте экспертизу. Эксперты колупались месяца три, в итоге родилось официальное заключение: «Здание однозначно освежает облик древнего Тудальска, является инновационной новинкой, а необычное завершение башни – не что иное как символичное отображение нефтеперегонной колонны, которая производит жидкое золото Российской Федерации».

Подпись, печать, общеполитический тренд – всё как положено. Имея на руках подобный аргумент, Петрищев по душам потолковал со знакомыми депутатами. А те, в свою очередь, перетёрли вопрос на комитетах. Злые языки утверждали, что на одно такое заседание Петрищев принёс что-то шуршащее в коробке из-под ксерокса. Правда это, или нет – доподлинно неизвестно. Но факт остается фактом: на ближайшем заседании городской думы проект столь необычного здания был одобрен единогласно.
Мэр, скрипнув зубами, подписал разрешение на строительство.

Получив бумагу, Петрищев обнёс территорию дощатым забором, очертив, таким образом, диаметр будущей башни. На этом этапе у предпринимателя возникло препятствие в виде объединившихся гегемонов окрестных домов. Они даже выставили пикет, дабы помешать въезду на территорию стройки разного рода тяжелой техники. Петрищев попытался образумить граждан. А потом плюнул и привез взвод опытных «чоповцев», которые при поддержке сотрудников милиции вмиг сокрушили бунтовщиков.

Говорят, для возведения объекта была привлечена известная турецкая фирма «Гама». И действительно, вскоре город наводнили черноглазые мужчины, выстроившие для себя на окраине города целый посёлок фирменных жилых вагончиков. Турки вели себя мирно, нарушая покой местных жителей лишь во время урочных молитв.

Поначалу казалось, что Петрищев хочет построить уменьшенную копию знаменитого арабского небоскрёба «Бурж Дубай». По крайней мере, именно оттуда были позаимствованы марка особо прочного бетона и специальная конвекционная система для кондиционирования здания. Так же, как и в «Бурж Дубай», петрищевская башня предполагала почти такое же внутреннее содержание: отель, жилые квартиры экстра-класса и просто офисы.

Но потом стало ясно, что Петрищев хочет шагнуть дальше, бросить своеобразный вызов судьбе. Именно для этого была придумана башня в форме полового члена, нагло торчащая в небеса. Нувориш знал, что подобная история уже случалась в далёкие времена, когда на земле ещё не было электричества и спичек. А чтобы дважды не наступить на исторические грабли, предприниматель нанял консультанта, великолепно разбирающегося в тонкостях вавилонской цивилизации. Именно он подсказал сделать необычное завершение башни, где в качестве прототипа (по слухам) был избран детородный орган легендарного порноактера Рокко Сиффреди.

- И что, правда так было у этих… Как их… Древних вавилонцев? – не сразу поверил Петрищев.
- Цивилизация жителей бассейна рек Тигр и Евфрат – золотой век человечества, - ответствовал консультант. – Вас что-то смущает?
- Вот этот член… Его обязательно делать?
- Это символ, который должен умилостивить тогдашних богов. Я читал об этом в историческом подлиннике.
- Ну раз так… Пускай, - согласился Петрищев и выложил на стол пухлую пачку бенджаминок. – Действуй, вавилонянин. Твори историю.

Очевидно, предприниматель был убеждён, что если всё делать правильно – боги щедро вознаградят его. Точно так же, когда в детстве играл на игрушке «Волк и яйца» и был уверен, что на призовом уровне ждёт неведомой красоты мультик. Откуда в голове современного биржевого игрока завелась столь языческая ересь – Бог весть.

Этаж за этажом поднимался бетонный росток из земли, словно всасывая в себя невысокие тудальские дома – зрелище поистине величественное. Интересный факт: по мере роста здания в головах тудальцев тоже что-то менялось: у предпринимателя появилась группа фанатов, на полном серьезе утверждающая, что башня – это символ силы, способный привлечь в Тудальск космическую энергию, равно как и зарубежных инвесторов. Один особо рьяный поклонник предложил Петрищеву избраться новым главой муниципального образования, а прежнему мэру, соответственно, добровольно сложить полномочия. Естественно, никто ничего не сложил, а фанат был вызван на ковер к начальнику милиции, где ему было сделано соответствующее внушение.

За девять месяцев турки успели не только поучаствовать в рождении черноглазых детишек, но и поднять коробку здания на триста метров. Верхушка башни выглядела настолько приближенной к прототипу, что прохожие плевались.

Но когда приступили к монтажу скоростных суперсовременных лифтов, в несущей колонне появилась трещина, довольно длинная и глубокая. Стройку немедленно остановили, собрали комиссию. Петрищев ощупывал трещину и не верил своим глазам: это же особо прочный бетон!
Консультант задумчиво скрёб в затылке.

- Что скажешь? – спросил хозяин. – Может, это знак?
- Не может быть, - бормотнул тот. – Мы действуем чётко по вавилонскому плану…
- Но у них башня-то упала!
- Я же говорил: строители общались на разных языках. А у нас рабочие из одной корпорации. Так что это просто случайность!
- Ну-ну…

Трещину заделали. А место, где она появилась, укрепили специальными стяжками. После этого провели ещё одну экспертизу и продолжили стройку. Петрищев основательно поскрёб по оффшорным кубышкам, напряг турков, и те сумели сдать объект в рекордно короткий срок – два месяца.

По завершении строительства хозяин решил устроить пир в ресторане на последнем этаже здания. Позвал всех своих друзей, знакомых. Ему хотелось удивить, поразить. Доказать и показать, кто в этом городе призван править бал во всех смыслах. От приглашения не отказался никто. Каждому было лестно, что его отметили.

И пир удался. Петрищев не поскупился на заморские яства: устрицы, лобстеры и прочая вкуснотень. Особо выделялся заливной осётр с мезозойской спиной. Соблазнительно потели боками графинчики с холодной водочкой и коньяком, там и сям высились бадейки чёрной икры. Сам хозяин торжества украсил себя символом славы – лавровым венком. На небольшой сцене появилась Лариса Долина и маленький, похожий на обезьянку рэппер Тимати.

Гости хлопнули по рюмке, другой, третьей. Закусили. И опять хлопнули. Вскоре разговоры вошли в привычную для тудальчан колею, словно те сидели на кухне, а не в зале первоклассного ресторана. Местами вспыхивало «ты меня уважаешь?», но опытная обслуга гасила конфликты.

На десерт гостей ждал красочный, даже театральный номер. Жертвоприношение, в ходе которого самая настоящая кровь должна была умилостивить могущественных вавилонских богов. Присутствующие поначалу даже не сообразили, что кровопролитие будет на самом деле, по-настоящему. Но когда в пиршественном зале появились дюжие мужики с беспомощно попискивающими ягнятами - притихли.

Роль жреца добровольно взял на себя начальник службы безопасности Петрищева. Здоровенного мужика обрядили в специальную кожаную тунику, снабдили длинным острым ножом. Палач взял ягнёнка за шкирку, показал гостям. Животное беспомощно трепыхнулось. В следующее мгновение сверкающее лезвие распороло горло, брызнула алая кровь. Женщины взвизгнули, а «жрец» аккуратно уложил дергающееся тельце. Предсмертные конвульсии прекратились, на помосте разлилась большая лужа крови.

Когда багровое солнце коснулось линии горизонта, Петрищев покинул пир под руку с миловидной силиконовой блондиночкой.

Глубоко ночью над Тудальском разразилась гроза. Разъяренные молнии хлестали по городу, а над кошмаром разгулявшейся стихии мрачно высилась башня с красным сигнальным огнём на вершине – словно резиденция сил зла.

На следующее утро Петрищев отправился в свой офис. Там велел сварить кофе, развалился перед телевизором и включил канал «РБК»: «…агентство «Дефенс Логистик», что представляет интересы американского госрезерва, неожиданно выставило на рынок огромную по мировым меркам партию металла – шестьдесят тысяч тонн. Чтобы представлять масштаб – это мировой оборот вольфрама за три-четыре года. Под угрозой оказалось существование и российских вольфрамовых активов: нальчикский завод концентрата ангидрид вольфрама «Гидрометаллург», владикавказский завод твердосплавных материалов «Победит» и сопутствующие производства. В связи с этими обстоятельствами специалисты фондового рынка прогнозируют падение биржевых индексов и общую нестабильность рынка…»

Чашка выпала из рук Петрищева.
- Как? – прошептал он. – Почему?
«По кочану», - ответили фарфоровые осколки в чёрной кофейной луже.
Состоялся неприятный разговор с вавилонским консультантом.
- Ты почему не предостерег? – пенял ему Петрищев. – За что я тебе деньги плачу?
- А при чем тут я?
- При чем? Во всем виновата башня!
- Я, что ли, захотел строить её? Мое дело – историческая достоверность!
- И что ты там прочитал, скотина? Что?
- Возможно, я что-то напутал. Допускаю. Вавилонские тексты, знаете ли, довольно символичные, местами голову сломать можно. Например, слово «кончить» - весьма многогранный глагол. Этим словом можно облечь как жизненный финал, так и апофеоз сексуального акта. Вы же смогли увековечить все смыслы, став своего рода итогом, извергнутым из финала жизненной сферы.

Петрищев зарычал, бросился на консультанта, который спешно ретировался. Но консультант оказался прав: с этого момента всё покатилось под откос. Вскоре генерация денежных средств холдинга сократилась до нуля. Проанализировав ситуацию, Петрищев понял, что большой бизнес накрылся вольфрамовым тазом: с «Дефенс Логистик» тягаться невозможно. Игра сыграна, ставок больше нет. Дефолт!

Предприниматель загрустил. Впервые в жизни у него опустились руки. Теперь его будни строились так: он приезжал на работу и там сидел, уставившись остекленевшим взглядом в экран монитора. И так день за днем.

Однажды Петрищев решил прогуляться в универмаг за кефиром. Спустя два часа секретарша обнаружила, что шеф не вернулся. А ещё через три – забила тревогу. Никто ничего не понимал: пиджак олигарха висел на спинке стула, машина стояла на парковке, а сотовый телефон выбивал дробь на ореховой плоскости стола.

На следующий день к поискам подключилась милиция, следом – органы государственной безопасности. Но тщетно – Петрищев как сквозь землю провалился. Возбужденная общественность строила самые невероятные версии: от банального бандитского похищения и рейдерского наката до происков спецслужб – в пользу такой гипотезы удобно трактовался вольфрамовый бизнес пропавшего.

…Спустя год на центральном телеканале показали репортаж о коммуне молодых неформалов, обосновавшихся на индийском побережье Гоа. Их называли дауншифтерами – бывшие клерки, которые сошли с офисной стометровки в пользу пляжного ничегонеделанья. В одном из обитателей коммуны тудальские телезрители опознали сгинувшего олигарха – создателя злополучной башни. Бывший предприниматель выглядел вполне благополучно: загорелый, в шортах, заросший демократической щетиной.

Петрищев мудро смотрел в камеру:
- Знаете, однажды я строил башню – большой-пребольшой небоскреб. Мне казалось, что это самый лучший способ увековечить себя. Но я ошибся: небоскреб оказался тяжкой обузой, якорем, который привязал меня к прошлой жизни и просчётам. И тогда я его бросил…
Телепередачу смотрели все жители Тудальска, включая мэра.
- Чёрт возьми… - бормотал градоначальник. - Я из кожи вон лезу, чтобы семью вывезти в Арабские Эмираты, а этот бесплатно там тусуется.
Картинка на экране светилась как лицо Мика Джаггера – полным удовлетворением.
- Значит, башня оказалась не нужна? - продолжал репортер.
- Как не нужна? – улыбнулся Петрищев. – Именно она развернула мне мозги на сто восемьдесят градусов.
- Каким образом?
- Иначе как я спустился с вершины?
- Обязательно нужно подняться, чтобы упасть?
- Наверное, я не совсем точно выразился. То, что произошло, – не падение. Дауншифтинг – своего рода лифт в другое измерение.
- А кто лифтер?
- Его зовут Мардук, - ответил Петрищев. – Вавилонский бог. Я всё про него прочитал – времени тут много. Вавилон - город, существовавший в Междуречье на месте современного Ирака - являлся одним из крупнейших городов Древнего мира. Вавилон был столицей Вавилонии - царства, просуществовавшего полтора тысячелетия, а затем державы Александра Македонского. Название города означало «врата бога».
- Значит, Гоа - современные «врата бога»?
- Больше чем врата. Гоа – это рай. Рад, что Мардук мне вовремя подсказал путь. Я знаю, что передачу увидят в моем родном городе, хочу сказать пару слов своим землякам. Можно?
- Да.

Неизвестный энтузиаст выставил могучие колонки S-90 на балкон, включил на них трансляцию петрищевского интервью - над городом поплыл бархатный голос: «Вы всё чаще осознаете бесцельность вашего существования. Утром на работу, стоять в пробках, давиться в маршрутке, питаться фаст-фудом… У вас нет времени заняться любимым делом, посмотреть кино, почитать книжку – вам некогда. Да если честно, и неохота.
Вы стремительно набрали вес, стали зрелым и одновременно ленивым. Теперь каждый день отсчитывает минуты ради одной цели – чтобы вы поскорее очутились на диване перед телевизором.
Единственный позитивный день – пятница («тяпница!»). Именно тогда вам позволено пить пиво, заполночь рубиться на бильярде, безудержно флиртовать… Но даже этот день с годами теряет свою остроту, становится кислым, как субботняя отрыжка. Вы помните, что в выходные вам предстоит визит к теще, раскопки на семейном огороде и пресный обязательный секс. Ваши дети взрослеют и смотрят на вас с презрением - вы состоялись и одновременно потеряли цель в жизни. Какой выход из сложившейся ситуации?
Постройте башню».

Оставлять комментарии могут только
зарегистрированные пользователи, .